Версия для слабовидящих
logo
Муниципальное бюджетное учреждение культуры
«Поярковский районный краеведческий музей»

График работы

ВТ.-СБ.: с 9:00 до 17:00
Обед: с 13:00 до 14:00
ВС., ПН. - выходные

Ко Дню памяти жертв политических репрессий

30 октября в России отмечается День памяти жертв политических репрессий. Поярковский музей одной из важных задач своей работы ставит сохранение памяти о репрессированных жителях нашего района. Работая над сбором информации по теме, мы параллельно анализируем данные в различных документальных комплексах, таких как «Участники Второй мировой войны», «Колхозы Михайловского района» и других, ведём поиск сведений в интернет-источниках, связываемся с родственниками репрессированных. Таким образом, личные дела подвергшихся репрессиям пополняются фотографиями членов их семей, воспоминаниями потомков, копиями реабилитационных и других документов.

К этой памятной дате мы подготовили очередную публикацию о судьбах репрессированных жителей нашего района и их детей. Сегодня речь пойдёт о двух димчанах, арестованных и расстрелянных в 1932 и 1938 годах.

Гладченко Иван Кузьмич – первый, о ком пойдёт речь в нашей статье. Он родился в 1887 году в Кубанской области Баталпашинского района. Проживал в с. Дим Михайловского района, трудился плотником в колхозе им. Дзержинского. В похозяйственной книге значится, что, примерно за полгода до ареста, он  имел дом с глиняными стенами и соломенной крышей, да сарай с одной единственной свиньёй.

Арестовали И.К. Гладченко 26 марта 1932 года как одного из участников контрреволюционной казачьей повстанческой организации. Вместе с ним были арестованы 6 димчан, 21 житель Пояркова и один китаец. Всего 28 человек.

Пока шло разбирательство по делу, Ивана Кузьмича дома ждали жена Агафья Алексеевна с младенцем Федей на руках, старшие сыновья-мужчины – Егор и Иван, дочь на выданье Степанида, подростки Александр, Алексей, да младшие дети – Гриша, Маша и Варя.

Но не дождались ни они, ни другие семьи арестованных – все, проходившие по этому делу, были осуждены тройкой ОГПУ ДВК 30 апреля 1932 г. Из них 6 человек приговорены к различным срокам заключения в  исправительно-трудовых лагерях, и 22 человека,  включая Ивана Кузьмича, к расстрелу. На пятый день, 5 мая 1932 года, приговор был приведён в исполнение.

Сообщили родным Гладченко И.К. о его гибели или нет – мы не знаем. Из документов, хранящихся в музее ясно, что вскоре старший сын Егор женился и стал с семьёй жить отдельно. Об Иване ничего не известно. Александр, следующий по старшинству, взял на себя роль главы двора. Так и стали жить: сажали огород, держали хозяйство, трудились в колхозе, пока не грянула Великая Отечественная война.

Егор был призван Михайловским РВК 15 декабря 1942 года. Служил красноармейцем в 303 стрелковом полку. О нём известно, что в конце 1943 года он попал в 2580 эвакуационный госпиталь и вследствие болезни был признан негодным к дальнейшей службе.

Александр и Алексей были призваны в один день, 25 мая,  но с разницей в год: в 1941-ом и 1942-ом. Обоим удалось попасть в 40-ой отдельный инженерно-танковый полк. Оба – механики-водители танка Т-34. И оба приняли боевое крещение в Гомелевской области у р. Друть в районе д. Б. Коноплица.

Сражаясь на одном поле боя, каждый из них совершил свой подвиг, за который был удостоен почётной награды – ордена Славы 3 степени.

Согласно наградному листу, Алексей решительно вёл свой танк в атаку, хорошо корректировал огонь по огневым точкам противника. Гусеницами своего танка подавил одну ПТО, один миномёт и эвакуировал с поля боя два подбитых танка.

Александр тоже проявил себя. Он смело провёл танк через минное поле к траншеям врага, гусеницами танка уничтожил два пулемёта и до пяти солдат и офицеров противника, подорвал пять мин. Когда его машина была подбита и горела, он вынес своего раненного командира башни с поля боя.

В том бою полк понёс потери: 35 человек убитыми и 18 – ранеными. Среди раненых был и сам Александр Гладченко. Его младшего брата пуля тогда обошла стороной.

Через полгода, 22 января 1945-го, Алексея наградили орденом Красной Звезды за то, что он, изучив до начала боя курс своего танка, по условленному сигналу вывел свою машину в атаку и повёл точно по заданному боевому курсу. Встретив минное поле, подорвал более 10 противотанковых мин. Через проход, проделанный его танком тральщиком, прошло пять тяжёлых танков и несколько самоходных установок. Отлично маневрируя на поле боя, Алексей не только выполнил поставленную задачу, но и сохранил свой танк.

Приближалась победа. 25 апреля 1945 года полк получил распоряжение прорвать оборону противника в направлении Помеллен, Надрензее, Краков.

Именно там, в Померанской провинции Германии Алексей встретил свою смерть. Похоронен он был на южной опушке леса 1,5 км северо-западнее д. Надрензее. Похоронку отправили его матери Агафье Алексеевне в Дим.

В докладе о боевых действиях 40-го отдельного инженерно-танкового Белостокского Краснознамённого полка за апрель месяц 1945 года  отмечено: «В этих боях особенно отличились механики-водители, которые имеют богатый боевой опыт: старшина Кузнецов, сержант Бутусов, старшина Гладченко, ст. с-нт Акимов, ст. с-нт Махнычев».

 

Через 6 лет после расстрела Гладченко Ивана Кузьмича, 14 февраля 1938 года был арестован ещё один житель с. Дим – Зеленский Николай Никитич. Он родился в 1896 году в д. Сторожевая Кубанской области. До ареста работал в колхозе им. Дзержинского заведующим Молочно-товарной фермы.

Основанием для ареста послужили показания свидетелей о том, что Зеленский в 1919 году служил в армии Колчака и участвовал в разгроме и разграблении партизанского села Ивановка, а также то, что, состоя в колхозе, он работал плохо, среди колхозников высказывался против государственных хлебозакупок.

Постановлением тройки УНКВД по ДВК от 8 марта 1938 года Н.Н. Зеленский приговорён к высшей мере наказания  – расстрелу, с конфискацией лично принадлежавшего имущества.

Его жена Елизавета Ермолаевна осталась за главу двора. Вместе с ней сыновья: Алексей, Пантелей, Илья, Иван, Иосиф, и дочь Ольга. Самому старшему – 19 лет, самому младшему – 3 года. Из имущества – изба. Из хозяйства – огород, корова с телёнком, да две свиньи.

Будучи неграмотной, Елизавета постаралась дать своим детям образование. Почти все они умели читать и писать, а старшие Алексей и Пантелей закончили 5 и 4 класса сельской школы. Алексей также окончил курсы комбайнёров-трактористов Бурейской школы комбайнёров НКЗ СССР. Последний день занятий в школе выпал на 30 апреля 1938 года. В этот же день расстреляли его отца.

Об этой трагичной вести сын, скорее всего, не знал. Получив свидетельство об окончании курсов Алексей пошёл работать трактористом в свой родной димский колхоз.

В мае 1941 года он был призван в ряды Красной Армии. Служил в Хабаровске.

В период с 6 марта по 10 мая  1942 года в городе Спасск-Дальний была сформирована 87-ая стрелковая дивизия в составе Первой Особой Краснознамённой Армии Дальневосточного фронта. Алексей Зеленский попал в 1379-й стрелковый полк. В с. Хорольск Уссурийской области дивизия  прошла ускоренную боевую и политическую подготовку, закалялась в походах и на учениях. Затем, погрузившись в эшелоны,  была переброшена по железной дороге на Сталинградский фронт.

Состав дошёл до станции Поворино Воронежской области. Дальше двигаться по железной дороге было невозможно, так как фашисты бомбили идущие на фронт эшелоны. Из батальона, где служил Алексей, полностью погибла 2-я рота – сгорела в вагоне.

По труднопроходимым донским пескам на Сталинград в течение 6-ти дней солдаты шли пешком под атакой авиации противника. Двигались только в ночное время, днём копали оборонительные сооружения. Личному составу частей дивизии пришлось нести на руках матчасть и вывозить авто- и гужевой транспорт. Только благодаря хорошей натренированности и закалённости личного состава в походах и хорошего морального состояния к утру 7 августа дивизия преодолела тяжёлый путь.

Именно в первые дни боёв в донской степи под Сталинградом с самолёта были сброшены листовки с текстом приказа «О мерах по укреплению дисциплины и порядка в Красной Армии и запрещении самовольного отхода с боевых позиций» № 227 И.В. Сталина от 28 июля 1942 года. Алексей Николаевич с однополчанами  понимали, что приказ справедлив. Сдать Сталинград было никак нельзя. Потеря этого города на Волге неизбежно привела бы к поражению в войне.

После переправы через Дон полки взяли направление на г. Калач и при подходе к нему встретили превосходящие силы противника. Фашистские бомбардировщики обрушили на наших солдат массированный налёт, а потом в ход пошли танки. Первый бой завязался на открытой местности. В неравном бою, совершенно незащищенные приняли смерть многие советские воины. Против танков у них были винтовки, бутылки с зажигательной смесью, противотанковые ружья. Сильный враг теснил, войска отступали к Сталинграду, но танки врага всё же подрывали.

Помня приказ, стояли насмерть. Многие отдали жизни. Алексей получил сквозное пулевое ранение в предплечье, но остался жив. Однако ошибочно был занесён в Именной список безвозвратных потерь как пропавший без вести. С поля боя его вынесли санитары, оказали медицинскую помощь. Дальше Алексей Николаевич  лечился в Энгельсе, Чкалове, Уфе, Бугуруслане. В конце 1942 года был комиссован, вернулся домой, в Дим. Пошёл работать в Поярковскую МТС учётчиком, после ушёл на комбайн. Работал по-фронтовому, нередко перевыполняя планы. Газеты 1945 года и первых послевоенных лет много писали о знатном комбайнёре А.Н. Зеленском. В Поярковском музее хранится Почётная грамота Алексея Николаевича 1947 года за выполнение плана уборки урожая в колхозе им. Дзержинского.

Младшие братья Алексея – Пантелей и Илья также были призваны в 1941 году. Пантелей, вожатый средств тяги 213 армейской пушечной артиллерийской бригады 1КА,  отличился в боях с империалистической Японией. При подготовке к наступательным боям он отлично подготовил тракторный парк батареи для совершения марша в трудно проходимой таёжной местности. Во время совершения марша сержант Зеленский умело вёл свой трактор, несмотря на обстрелы мелких групп японских войск. За что 31 августа 1945 г. был удостоен медали «За боевые заслуги».

Илья Николаевич попал на службу в 113-ю отдельную стрелковую бригаду. Ему довелось освобождать Сахалин от японских милитаристов.

18 августа 1945 года вечером бригада начала погрузку в бухте Ванино. Утром следующего дня судна вышли в море в направлении на портовый город Маока (ныне Холмск). Доставку, охранение в пути, высадку на японский берег и поддержку десантников огнём обеспечивали 17 боевых кораблей, катеров и тральщиков Северной Тихоокеанской флотилии.

Бригада получила приказ высадить с моря десант, захватить порт, овладеть городами Рудака (Анива), Отомари (Корсаков) и не допустить отхода противника и эвакуации японских войск с острова Сахалин.

20 августа утром армада десантников достигла цели и остановилась на рейде. Обнаружив высадку, японцы открыли беспорядочный огонь, который скоро перерос в сильное организованное сопротивление. Советские солдаты одерживали верх – квартал за кварталом город очищался от противника и уже к 14 часам был полностью освобождён.

Японские войска начали отход вглубь острова в направлении пос. Осака (Пятиречье)  и прочно закрепились на Камышовом перевале. Наступление наших войск проходило по горно-лесистой местности, густо заросшей диким бамбуком выше человеческого роста. Противник использовал заблаговременно построенные доты и дзоты,  а в зарослях бамбука и в густых кронах деревьев маскировались японские снайперы, расстреливающие советских воинов с тылу и с флангов.

Но, несмотря на это, к исходу дня 22 августа перевал был взят и уже в ночь на 23 августа подразделения бригады овладели населённым пунктом Осака. Там были взяты в плен 94 офицера и 1331 солдат и унтер-офицер противника.

Уже к исходу следующего дня  вступили в Отомари – оконечный город-порт на юге Сахалина. Через 3 дня командир поставил бригаде новую задачу – овладеть Южными Курильскими островами.  29 августа десант вышел в открытый океан курсом на Южные Курилы, а 1 сентября высадился на остров Кунашир. На берегу его ждал командир японского батальона с белым флагом: располагавшийся там гарнизон японской армии капитулировал без боя. Овладением Южных Курильских островов война для 113-ой бригады была закончена.

За отличные боевые действия в боях с японцами на Дальнем Востоке Илье Николаевичу Зеленскому  объявлена  Благодарность Верховного Главнокомандующего И.В. Сталина, а части, в которой он служил, присвоено наименование Сахалинской.

Процесс реабилитации репрессированных лиц начался 1953-1954 гг. При пересмотре дела в 1959 году дополнительной проверкой установлено, что по данным Димского сельсовета Зеленский до 1929 года имел бедняцкое хозяйство.

Допрошенные свидетели Моргунов А.Р., Шакшуев А.И., Мигунов С.Н. и Лапин С.И. охарактеризовали Николая Никитича в деловом и политическом отношении положительно. Разговоров против Советской власти от него не слышали. Свидетель Мигунов показал, что в период Гражданской войны Зеленский служил в Красной Армии и участвовал в волочаевских боях против белогвардейцев. В белогвардейских армиях он не служил.

Бывший сотрудник УНКВД Амурской области Филимонов, расследовавший дело Зеленского, за нарушение социалистической законности при ведении следствия в 1937-1938 гг. был наказан в партийном порядке.

Зеленский Николай Никитович постановлением президиума Амурского областного суда от 12 октября 1959 года реабилитирован.

Солодкова Н.А., главный хранитель музейных предметов МБУК «Поярковский районный краеведческий музей»

Братья Гладченко Алексей (слева) и Александр. Нач. 1940-х гг.

Гладченко Александр Иванович

Зеленский Илья Николаевич

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Зеленский Пантелей Николаевич

Зеленский Алексей Нач. 1940-х гг.

Справка пострадавшего от политических репрессий Зеленского А.Н.